• 4 танковая дивизия - в/ч 9325

• 7 танковый полк - в/ч 9401

Командир - майор Александр Фадеевич Панов.
Заместитель по строевой части - майор Николай Алексеевич Чебров (до весны 1941 г.).
Заместитель по политической части - батальонный комиссар Боровенский.
Помощник по технической части - военинженер 3 ранга Владимир Дмитриевич Мостовенко.
Помощник по снабжению - интендант 2 ранга Яков Васильевич Амбарнов.
Начальник штаба - майор Владимир Петрович Беликов.
Начальник оперативной части - капитан Иван Иванович Яцевич.
Начальник разведывательной части - старший лейтенант Илья Иванович Юхимец.
Начальник связи - старший лейтенант Виктор Петрович Ефимов.
Начальник строевой части - старший лейтенант Алексей Спиридонович Сафонов.

• 1 танковый батальон (капитан Федор Акимович Савченко)
• 2 танковый батальон (майор Иосиф Григорьевич Черяпкин (до 03.41))
• 3 танковый батальон (майор Григорий Андреевич Кирьяков)
• 4 танковый батальон (старший лейтенант Владимир Михайлович Шерман)
• автотранспортный батальон (капитан Василий Иванович Коротков)

• 8 танковый полк - в/ч 9459

Командир - подполковник Пантелеймон Ефимович Божко (до 03.41 г.),
майор Борисов.
Заместитель по строевой  части - капитан Ибрагим Валитович Валитов.
Заместитель по политической части - батальонный комиссар Чернов.
Помощник по технической части - воентехник 1 ранга Шакир Кабирович Рысаев.
Начальник штаба - майор Сергей Иванович Степанов.
Начальник оперативной части - капитан Александр Михайлович Фрадкин.
Начальник разведывательной части - старший лейтенант Петр Егорович Игуменов.
Начальник строевой части - старший лейтенант Петр Иванович Гончаров.
Начальник 5-й части - старший лейтенант Иосиф Филимонович Протащик.

• 1 танковый батальон (капитан Георгий Александрович Тарасенко)
• 2 танковый батальон (капитан Александр Васильевич Азарнин)
• 3 танковый батальон (старший лейтенант Михаил Иванович Буденный)
• 4 танковый батальон (старший лейтенант Константин Константинович Юшкевич)
• автотранспортный батальон (капитан Борис Моисеевич Гольцман)

• 4 мотострелковый полк - в/ч 9489

Командир - полковник Михаил Николаевич Завадовский (в июне 1941 г. обучался в ВАММ).
Заместитель по строевой части - майор Спиридон Николаевич Шеразадишвили (до 03.41?),
майор Александр Александрович Еремин (пропал без вести в 1941 г.).
Заместитель по политической части - батальонный комиссар Артем Степанович Мазуров.
Помощник по снабжению - капитан Антон Дмитриевич Дмитряшкин.
Начальник штаба - майор Дмитрий Прокофьевич Казаков.

• мотострелковый батальон (старший лейтенант Никита Фомич Михайличенко)
• мотострелковый батальон (старший лейтенант Михаил Алексеевич Григорьев)
• мотострелковый батальон (капитан Владимир Иванович Шкель)
• автотранспортный батальон (майор Сергей Емельянович Драгунов)

• 4 гаубичный артиллерийский полк - в/ч 9510

Командир - майор Александр Иванович Царегородцев.
Заместитель по строевой части - майор Абрам Борисович Шойхед.
Заместитель по политической части - Я. М. Мельник.
Помощник по снабжению - интендант 3 ранга Василий Дмитриевич Ермолаев.
Начальник штаба - майор Никита Яковлевич Чернышев.

• артиллерийский дивизион (капитан Валентин Георгиевич Зенделов)
• артиллерийский дивизион (капитан Владимир Афанасьевич Соколов)

• 4 разведывательный батальон - в/ч 9420

Командир - старший лейтенант Павел Гаврилович Земсков.
Заместитель по политической части - старший политрук Богомолов.
Адъютант старший - старший лейтенант Константин Казимирович Лавринович.

• 4 отдельный зенитно-артиллерийский дивизион - в/ч 9361

Командир - капитан Владимир Яковлевич Наталевич. 

• 4 понтонно-мостовой батальон - в/ч 9341

Командир - старший лейтенант Александр Никифорович Казаков.

• 4 отдельный батальон связи - в/ч 9479

Командир - старший лейтенант Николай Никитич Карповский.

• 4 ремонтно-восстановительный батальон - в/ч 9335

Командир - капитан Андрей Яковлевич Маслей.

• 4 автотранспортный батальон - в/ч 9251

Командир - майор Андрей Федорович Баутин.

• 4 медико-санитарный батальон - в/ч 9228

Командир - военврач 3 ранга Михаил Даввдович Разин.

• остальные части (ррег - в/ч 9372, пхз - в/ч 9322) по номеру дивизии кроме 253 полевой почтовой станции и 296 полевой кассы Госбанка

• 7 танковая дивизия - в/ч 8995

• 13 танковый полк - в/ч 9081

Командир - майор Николай Иванович Тяпкин.
Заместитель по строевой части - капитан Петр Александрович Можаев.
Заместитель по политической части - старший политрук Корж,
батальонный комиссар Гусаков.
Помощник по технической части - военинженер 3 ранга Павел Евдокимович Дергунов.
Помощник по снабжению - майор Николай Петрович Заволоцкий.
Начальник штаба - капитан Александр Григорьевич Свидерский.

• 1 танковый батальон (майор Иван Петрович Калинин (до 03.41))
• 2 танковый батальон (капитан Александр Иванович Сергеев)
• 3 танковый батальон (капитан Федор Иванович Стаднюк)
• 4 танковый батальон (капитан Гавриил Максимович Бодыль)
• автотранспортный батальон (старший лейтенант Павел Васильевич Мавриевский)

• 14 танковый полк 

Командир - полковник Сергей Захарович Мирошников, 
полковник Евтихий Емельянович Белов (11.40-07.41).
Заместитель по строевой части - майор Вячеслав Степанович Егоров (до 03.41 г.),
майор Обуховский.
Заместитель по политической части - батальонный комиссар Тришкин.
Помощник по технической части - военинженер 2 ранга Николай Васильевич Ромаданов.
Помощник по снабжению - майор Гавриил Михайлович Цыбулькин.
Начальник штаба - старший лейтенант, капитан Миней Григорьевич Грабовский (07.40-пропал без вести в 1941 г.),
капитан Сорокин ??,
капитан Чуняк ??.

• 1 танковый батальон (майор Трифон Макарович Олейник (до 03.41))
• 2 танковый батальон (майор Николай Федорович Ефимов)
• 3 танковый батальон 
• 4 танковый батальон (капитан Петр Францевич Обухович (пропал без вести))
• автотранспортный батальон (капитан Петр Филиппович Сысолятин)

• 7 мотострелковый полк - в/ч 9249

Командир- полковник Филипп Федорович Кудюров (12.40 г. убыл на КУКС, 03.41 назначен командиром 205-й мд).
Заместитель по строевой части - майор Дмитрий Михайлович Болдырев,
капитан Петр Ерофеевич Ворожеев (до 03.41 г.).
Заместитель по политической части - 
старший политрук, батальонный комиссар Тимофей Александрович Иванов.
Помощник по снабжению - капитан Владимир Васильевич Полянин.
Начальник штаба - капитан Василий Иванович Куликов,

• мотострелковый батальон (капитан Михаил Александрович Чайка)
• мотострелковый батальон (капитан Тит Васильевич Рекунов)
• автотранспортный батальон (старший лейтенант Андрей Акимович Чикаленко)

• 7 гаубичный артиллерийский полк - в/ч 9170

Командир - майор, подполковник Григорий Николаевич Иванов.
Заместитель по строевой части - майор Карп Юлианович Возницкий.
Заместитель по политической части - батальонный комиссар Чубаров,
старший политрук Корчминский.
Помощник по снабжению - старший лейтенант Петр Матвеевич Ледовский.
Начальник штаба - капитан Георгий Васильевич Старовойтов.

• артиллерийский дивизион (капитан Арон Давидович Черняк)
• артиллерийский дивизион (капитан Антон Фролович Хлевтов)

• 7 разведывательный батальон - в/ч 9059

Командир - майор Николай Фролович Антонов.
Начальник штаба - капитан Михаил Денисович Шестаков (06.40-15.06.41).

• 7 понтонно-мостовой батальон - в/ч 8982

Командир - старший лейтенант Борис Васильевич Иванов.

• 7 отдельный зенитно-артиллерийский дивизион - в/ч 8980

Командир - капитан Иван Алексеевич Чикиров.

• 7 ремонтно-восстановительный батальон - в/ч 9044

Командир - капитан Яков Яковлевич Синяев.

• 7 автотранспортный батальон - в/ч 9125

Командир - капитан Сучков,
капитан Чиколенко.

• 7 отдельный батальон связи - в/ч 9161

Командир - капитан Николай Гаврилович Радченко.

• 7 рота регулирования - в/ч 9020

Командир - старший лейтенант Лапушкин.

• 7 медико-санитарный батальон - в/ч 9066

Командир - военврач 2 ранга Вениамин Михайлович Рябцев.

• остальные части (пхз -в/ч 9183) по номеру дивизии кроме 260 полевой почтовой станции и 388 полевой кассы Госбанка

• 29 моторизованная дивизия им. Финляндского пролетариата - в/ч 9191

• 106 мотострелковый полк  - в/ч 9215

Командир - полковник Алексей Прокофьевич Москаленко.
Помощник по снабжению - интендант 2 ранга Никанор Иванович Семенов.
Помощник по технической части - военинженер 3 ранга Александр Лаврентьевич Игнатюк.
Начальник штаба - капитан Андрей Григорьевич Жаров.

• мотострелковый батальон (капитан Петр Павлович Сигиневич)
• мотострелковый батальон (капитан Михаил Трофимович Киселев)
• мотострелковый батальон (старший лейтенант Алексей Михайлович Ватагин)

• 128 мотострелковый полк  - в/ч 9331

Командир - полковник Василий Петрович Каруна.
Заместитель по политической части - батальонный комиссар И. Я. Ракитин.
Помощник по технической части - старший лейтенант Кирилл Трофимович Семиволос.
Помощник по хозяйственной части - майор Борис Евсеевич Гусин.
Начальник штаба - капитан Иван Никитович Толкачев.

• мотострелковый батальон (капитан Игнат Митрофанович Пеков)
• мотострелковый батальон (капитан Пахом Моисеевич Журба)
• мотострелковый батальон (старший лейтенант Алексей Акимович Фильченков)

• 47 танковый полк  - в/ч 9207

Командир - майор Иван Николаевич Барышников.
Заместитель по политической части - старший политрук Илья Самойлович Капшук.
Помощник по технической части - военинженер 3 ранга Алексей Павлович Морозов.
Помощник по хозяйственной части - капитан Николай Иосифович Бондаренко.
Начальник штаба - майор Василий Петович Зоткин.

• учебный танковый батальон (майор Евгений Иванович Жаров)
• танковый батальон (капитан Михаил Моисеевич Ерей)
• танковый батальон (капитан Павел Захарович Гавриленко)
• танковый батальон (капитан Ефим Аронович Бейзеров)

• 77 артиллерийский полк  - в/ч 9143

Командир - майор Михаил Иванович Потапов.
Помощник по хозяйственной части - капитан Анатолий Иванович Кустов.
Начальник штаба - майор Андрей Васильевич Воронин.

• артиллерийский дивизион (капитан Петр Семенович Курозин)
• артиллерийский дивизион (капитан Тимофей Иванович Васильев)
• артиллерийский дивизион (капитан Степан Павлович Скоробогатый)

• 125 отдельный истребительно-противотанковый дивизион  - в/ч 9260

Командир - капитан Николай Прохорович Коленченко.

• 304 отдельный зенитно-артиллерийский дивизион  - в/ч 9134

Командир - капитан Сергей Леонтьевич Селантьев.

• 104 разведывательный батальон  - в/ч 9244

Командир - капитан Сергей Александрович Андреев.

• 78 легко-инженерный батальон  - в/ч 9212

Командир - капитан Афанасий Борисович Бровченко.

• 124 отдельный батальон связи  - в/ч 9380

Командир - капитан Иван Матвеевич Пискунов.

• 100 артиллерийский парковый дивизион  - в/ч 9236

Командир - капитан Иосиф Иванович Губчевский.

• 58 медико-санитарный батальон  - в/ч 9377

Командир - военврач 3 ранга Василий Петрович Грецкий.

• 144 автотранспортный батальон  - в/ч 9101

Командир - капитан Иван Платонович Бухало.

• 89 ремонтно-восстановительный батальон  - в/ч 9290

Командир - воентехник 1 ранга Михаил Васильевич Яковлев.

• 24 рота регулирования
• 200 полевой хлебозавод  - в/ч 9284

Командир - техник-интендант 1 ранга Иван Васильевич Репин.

• 139 полевая почтовая станция
• 258 полевая касса Госбанка

• 4 мотоциклетный полк - в/ч 9078

Командир - полковник Максим Федорович Собакин.
Заместитель по строевой части - капитан Андрей Анисимович Сенцов.
Заместитель по политической части - Дементьев.
Помощник по технической части - капитан Алексей Дмитриевич Синицын.
Помощник по снабжению - интендант 3 ранга Петр Михайлович Васильев.
Начальник штаба - старший лейтенант Иван Васильевич Якубасов.
Начальник связи - старший лейтенант Артем Петрович Ходюков.


Командиры батальонов до весны 1941 г.:
• капитан Павел Федорович Глубоков 
• капитан Василий Петрович Красноярцев 
• капитан Сагид Асхадович Карданов 

• 185 отдельный батальон связи

Командир - капитан Илья Кузьмич Волков.
Адъютант старший - старший лейтенант Павел Миронович Хоменко.
 
• 41 отдельный мотоинженерный батальон

Командир - капитан Федор Алексеевич Смирнов.
Адъютант старший - лейтенант Степан Григорьевич Елецкий.
 
• 106 корпусная авиационная эскадрилья

Командир - капитан Барсуков.
Начальник штаба  - старший лейтенант Теплицкий.

• ? полевой хлебозавод

Командир - старший лейтенант Павел Антонович Тимошенко.

Наличие боевых и вспомогательных машин в соединениях корпуса на 15.04.41 г.:

(*) - Кроме этого один Т-28 железный
(**) - В том числе 16 ФАИ.

Наличие техники на 1.06.41: [14]
 

• Из доклада командира 7 танковой дивизии генерал-майора танковых войск С.В.Борзилова в ГАБТУ от 4.08.1941 г.: 

   В августе 1940 г. на укомплектование корпуса обращена 6-я легкотанковая бригада ПрибВО. Численность бригады к тому времени составляла: 2481 человек, 249 танков и 408 автомашин.

   Корпус пополнялся новейшими типами танков в округе в первую очередь. Известно, что только с 1 июня 1941 до начала войны в Белосток, т.е. в 6-й корпус было отгружено с заводов 114 танков Т-34 из общего количества 138 отгруженных промышленностью боевых машин этого типа. Большинство авторов приводит общее количество новейших танков в соединении в 352 танка КВ и Т-34. В некоторых работах (например Хорьков, Анфилов и "Краснознаменный Белорусский военный округ") указывается численность новейших типов танков в 6-м механизированном корпусе 452 танка КВ и Т-34, что доводило общую численность танков в корпусе до 1131 или 110% штатной численности. По нашему мнению это весьма вероятно. Анализ наличия бронетехники в Западном Особом военном округе на 1 июня 1941 и поступление новых танков в июне 1941 приводит к выводу что во всем округе к 22 июня имелось 117 КВ и 366 Т-34, т.е. 483 боевые машины. Возможно, что не все танки поступившие перед самой войной можно было использовать в боевой обстановке по причине возможной технической  неисправности или необученности личного состава, кроме того в корпусе наверняка имелось значительное число танков старых марок требовавших ремонта или находившиеся на консервации, тем не менее корпус перед войной представлял собой внушительную силу, танковую армаду┘ 
   Всего в корпусе имелось 11 типов и моделей танков, что затрудняло обеспечение запасными частями и ремонт. Соединение было укомплектовано тракторами на 80% от штата - весьма высокий процент для мехкорпусов РККА. 
   По планам советского командования использование 6-го корпуса намечалось в зависимости от развития обстановки. В случае советско-германской войны, при успешном отражении первого удара противника (на что в первую очередь надеялось командование), 6-й корпус в соответствии с Директивой Наркома обороны (от апреля 1941) включался в ударную группировку 13-й армии (вместе с 13-м мк), с задачей нанести удар в направлении Коссов, Воломин, с целью выхода на реку Висла и обеспечить с севера удар 4-й армии. В дальнейшем 6-й и 13-й мехкорпуса планировалось повернуть на юг, вдоль Вислы для содействия 4-й армии. При втором варианте действий, когда противник  развернет мощное наступление до завершения военных приготовлений Красной Армии, 6-й мехкорпус поступал в распоряжение командующего Западным фронтом в районе Белосток для ликвидации возможных глубоких прорывов противника в тыл войск Западного фронта.
   В директиве Наркома обороны (от 14 мая 1941)  командующему ЗапОВО роль 6-го мк в общей системе обороны более конкретизирована. Корпус включался в район прикрытия № 2 (10-я армия). В зависимости от развития обстановки в этой директиве проигрывались различные варианты действий. В случае прорыва крупных мотомехсил противника с фронта Остроленка, Малкиня-Гура на Белосток, 6-й мехкорпус во взаимодействии с другими соединениями армии под прикрытием 7-й противотанковой бригады сосредотачивался в районе ст. Страбля, Райск, Рыболы и, атаковал противника в общем направлении на Высоке-Мазовецк, Замбрув или Соколы, Стренькова Гура. Авиационное прикрытие корпуса возлагалось на 9,43 сад и 12 бад ВВС фронта. В случае прорыва противника с фронта Соколув, Седлец на Белосток, 6-й корпус с 9 и 12-й авиадивизиями из района Белосток наносил удар в направлении Браньск, Цехановец. При этом здесь же действовал 13-й мехкорпус, который по замыслу командования фланговым ударом отрезал пути отхода противника, опрокидывая его части под удар 6-го мехкорпуса. Оценка этого документа позволяет сделать вывод, что направление главного удара противника на Белосток считалась советским командованием наиболее вероятным и по этой причине корпус в начале войны оказался на периферии развернувшихся главных событий войны.

На снимке командиры 13-го танкового полка 7-й танковой дивизии 6-го механизированного корпуса. Второй слева - лейтенант Алексей Платонович Суртов, первый слева - старший лейтенант Василий Алексеевич Девяткин. Весна 1941 г. [Макеева И.Е. Отцы и дети из 41-го: Страницы истории. - Гродно: ГОУПП "Гродн.тип.", 2004].

Дислокация:
   Управление, 185-й ОБС - Белосток; 4-й МЦП - Супрасль; 41-й ОМИБ - Огородники.
   4-я танковая дивизия - Белосток; 4-й ПОНБ - Огородники.
   7-я танковая дивизия - в 1940 г. - Волковыск, затем Хорощ, кроме 14-го ТП и 7-го ГАП - Новоселки.
   29 моторизованная дивизия - Слоним; 128-й МП - Жировицы; 77-й АП, 47-й ТП, 100-й АПД, 89-й РВБ - Обуз-Лесна; 104-й ОРБ - им. Грибово; 78-й ЛИБ, 304-й ОЗАД - Альбертин, перед началом войны дивизия передислоцирована в Белосток.
   Дислокация корпуса в отличие от других однотипных соединений РККА отличалась компактностью, в целом она отвечала оперативным задачам округа и фронта. Даже длительное нахождение (год) корпуса в одном районе не позволили немецкой разведке правильно установить места расквартирования частей и номера соединений корпуса. На немецких трофейных картах в районе Белостока располагались только некая 9-я панцирная дивизия и несколько кавалерийских дивизий.
   Дивизионы ПВО дивизий находились на окружном полигоне в районе села Крупки в 120 километрах восточнее Минска. Выступив 22 июня в направлении своего постоянного дислокации, зенитные дивизионы 6-го корпуса были использованы на других направлениях в  качестве средства противотанковой обороны и в дальнейшем отходили на восток в составе других соединений. 
   Незадолго до начала войны командиром корпуса генерал-майором Хацкилевичем было проведено совещание с командирами дивизий, на котором была поставлена задача повышения боеготовности войск корпуса. В соответствии с этим в танки были загружены снаряды, усилена охрана парков и складов. Было приказано "все делать без шумихи , никому об этом не говорить, учебу продолжать по плану." 

Боевые действия:
   В 2 часа 10 минут 22 июня по корпусу была объявлена боевая тревога. Танковые дивизии были выведены из военных городков в свои районы сосредоточения. Первые же налеты авиации противника пришлись по пустым лагерям. В 7-й танковой дивизии имелись несколько раненых, материальная часть не пострадала. 
   Вызывают вопросы действия корпуса 22.06.41. 
   Не находит подтверждения "версия", повторенная во многих научных работах, мемуарах (например, В.Анфилова, Е.Ивановского [1,9]), о том, что корпус "в течение первого дня войны прочно удерживал рубеж по восточному берегу Нарева, отразив наступление гитлеровцев на всех участках обороны". Это описание не подтверждают ни документы, ни свидетельства участников боев. Они же опровергают данные о том, что корпус 22 июня сосредоточился на сборном пункте восточнее Белостока. Оставим эти утверждения на совести авторов. Архивные данные говорят об обратном.
   По боевому донесению № 1 командующего войсками 10-й армии мотопехота 6-го и 13-го мехкорпусов подготавливала оборонительный рубеж по р. Нарев.
   Согласно оперативной сводке №1 штаба Западного фронта "6-й мк в течение дня вел разведку, до 17 часов 40 минут в боях не участвовал и занимал район Хорощ, Бацюты, Сураж [западнее Белостока !]. Штаб корпуса - Белосток был бомбардирован, имеются убитые и раненые". [ЦАМО, ф.208, оп.10169сс, д.7, лл.1-4] Время 17.40 говорит скорее не о том, что после него корпус в боях участвовал, а о том, что донесение из штаба корпуса или армии было датировано этим временем.
   О том, что никаких боев в первый день корпус не вел, говорит и бывший командир 13-го танкового полка Е.Е.Белов в книге "Сыны отчизны" [10]. Его полк, весь день не имея связи со штабом дивизии, поднятый по боевой тревоге, находился в местах дислокации в районе Хорощ, выслав разведку на 8-10 км на запад и на правый фланг.
   К исходу первого дня войны соединения 6-го механизированного корпуса занимали район западнее и юго-западнее Белостока:
7-я танковая дивизия - Хорощ, Гаевники (8 км ЮЗ Белосток), Нероники (6 км З Белосток).
4-я танковая дивизия - Турчин (4 км ЮЗ Белосток), Подуховный (9км Ю Белосток), Сальники.
29-я мотодивизия - Супрасль (СВ Белосток) и лес южнее. [ЦАМО, ф.208, оп.10169сс, д.7, лл.14-17]
   Несколько иную версию выдвинул в своих показаниях арестованный Д.Г. Павлов, генерал армии, бывший командующий Западным фронтом. При допросе 7 июля 1941 Павлов показал: "В соответствии с обстановкой мною было приказано 6-му мехкорпусу нанести удар противнику из исходного положения в направлении  на Брянск [Браньск] с задачей разбить мехчасти противника в этом районе и по выполнении задачи отойти в мой резерв на Волковыск. Этот приказ был продублирован делегатами с самолетов и по радио┘" После этого распоряжения, как следует из показаний Павлова, в войска пошла очередная директива Наркома обороны об образовании конно-механизированной группы, в состав которой вошел и 6-й механизированный корпус, с задачей восстановить положение войск фронта на гродненском то есть в противоположном от Браньска направлении. "В дальнейшем мы имели о 6-м механизированном корпусе донесение, что он первой задачи не выполнил, командующий 10-й армией Голубев по неизвестной для меня причине в атаку его не пустил. Корпус переменил район сосредоточения, лес восточнее Белостока в районе Валилы┘"
    Эта версия генерала Павлова о приказе на нанесение удара в юго-западном направлении пока не подтверждается известными документами и мемуарами, хотя она в основном совпадает с предвоенными планами использования корпуса. 
   Вечером 22 июня директива №3 Народного комиссара обороны Тимошенко поставила задачу - ударами в районе Гродно в направлении Сувалки совместно с войсками Северо-Западного фронта окружить и к исходу 24 июня уничтожить сувалкинскую группировку немцев. Для контрудара привлекались 6-й мехкорпус 10-й армии, 11-й мк 3-й армии и 6-й кавкорпус (г-м И.С.Никитин). Общее руководство конно-механизированной группой возлагалось на заместителя командующего фронтом генерал-лейтенанта И. В. Болдина. В 23.40 22.06.41 г. генерал Болдин, прибывший в район Белостока, получил во время переговоров с комфронта Павловым приказ: "Вам надлежит организовать ударную группу в составе корпуса Хацкелевича плюс 36-я кавалерийская дивизия, части Мостовенко и нанести удар в общем направлении Белосток, Липск, южнее Гродно с задачей уничтожить противника на левом берегу реки Неман и не допустить выхода его частей район Волковыск, после этого вся группа перейдет подчинение Кузнецова. Это ваша ближайшая задача. Возглавьте ее лично. Голубеву передайте занять рубеж Осовец, Бобр, Визна, Соколы, Бельск и далее на Клещеле. Все это осуществить сегодня за ночь, организованно и в быстрых темпах..." [ЦАМО, ф.208, оп.4857с, д.11, лл.48,49]. Для объединения действий 3-й и 10-й армий и контроля за действиями КМГ в Белосток отбыл Маршал Советского Союза Г. И. Кулик, который прибыл в штаб 10-й армии 23 июня 1941.
    Генерал И.В. Болдин приказал перебросить к утру 23 июня танковые дивизии корпуса в район 10 километров северо-западнее Белостока. 29-я моторизованная дивизия корпуса должна была сосредоточиться в Сокулке, где развернувшись в боевой порядок, прикрыть подготовку к наступлению. Связи с 11-м мехкорпусом  установить не удалось, однако на перспективу совместных с ним действий, генерал Болдин приказал расположить в районе Крынки 36-ю кавалерийскую дивизию. 
   С утра 23.06 соединения 6-го мехкорпуса, получив еще ночью приказ на передислокацию в район Грудек, начали переход в новый район. Так 7-я танковая дивизия должна была сосредоточиться в районе ст.Валпа (восточнее Белостока) с последующей задачей уничтожить танковую дивизию, прорвавшуюся в район Белостока. Туда же, в район Грудек, была переброшена и 4-я тд. 29-я мотодивизия заняла рубеж для обороны по р. Лососна на фронте Кузьница, Сокулка. 
   Дивизии столкнулись с созданными на всех дорогах пробками из-за беспорядочного отступления тылов армии из Белостока. Во время марша и нахождения в районе сосредоточения дивизии понесли большие потери от авиации противника. Согласно докладу генерал-майора Борзилова, командира 7-й тд, только в его дивизии было подбито 63 танка и разбиты тылы полков. 
   Тяжелые потери понесла и 36-я кавалерийская дивизия, которая должна была поддерживать правый фланг корпуса. Сосредоточение 6-го механизированного корпуса в лесном районе Супрасль, Валилы было в основном закончено к 14 часам 23 июня 1941. 
     До сих пор является неясной причина побудившая Болдина сосредоточить корпус не северо-восточнее Белостока как вначале планировалось, а значительно восточнее. Из донесения командира 7-й танковой дивизии следует, что  командование опасалось выхода в район Валилы (Валпы - в документе) немецкой танковой дивизии, которая перерезала бы все пути снабжения и связи 10-й армии. Возможно, Болдину было известно о бое 29-й танковой дивизии 3-й армии с немецкими танками западнее Гродно 22 июня, и он предположил, что танковое соединение противника выйдет на оперативный простор в разрыв между 3-й и 10-й армиями. 
   В действительности, танковых дивизий противника обнаружено не было по причине отсутствия в этом районе немецких войск, "...благодаря чему дивизии не были использованы". . Противник разведкой корпуса был не обнаружен.
   Почти одновременно с завершением сосредоточения  в районе Валилы корпус получил новую задачу двигаться на Гродно. 4-я танковая дивизия направлялась в направлении  Индура - Гродно, а 7-я танковая дивизия по линии Сокулка -  Кузница - Гродно. 29-я моторизованная дивизия должна была прикрыть удар корпуса с левого фланга на линии Сокулка - Кузница. Дивизии немедленно принялись выполнять и этот приказ. В донесении командира 7-й танковой дивизии не указаны новые налеты противника и большие потери при выдвижении к исходному рубежу. По-видимому, имевшийся в этом районе большой лесной массив укрыл движение танковых колонн корпуса от внимания авиации противника.
   Беспрерывные марши (до 90 километров) проведенные корпусом 23 июня 1941 в тяжелых условиях значительно подорвали боеспособность частей и соединений. Начали сказываться усталость личного состава, особенно механиков-водителей, но самое главное корпус начал испытывать затруднения в снабжении горюче-смазочными материалами и другими видами снабжения необходимыми для боя, кроме того, по различным причинам корпус понес ощутимые потери в материальной части. 
   Вернемся к показаниям Павлова на допросе 7 июля: "Штабом фронта 23 июня 1941 была получена телеграмма Болдина, адресованная одновременно и в 10-ю армию, о том, что 6-й мехкорпус имеет только одну четверть заправки горючего. Учитывая необходимость в горючем, ОСГ еще в первый день боя направил в Барановичи для мехкорпуса все наличие горючего в округе, то есть 300 тонн. Остальное горючее для округа по плану Генштаба находилось в Майкопе. Дальше Барановичи горючее продвинуться не смогло из-за беспрерывной порчи авиацией противника железнодорожного полотна и станций."

Контрудар 24-25 июня
   В соответствии с приказом командующего фронтом с 10.00 24 июня группа генерала Болдина должна была атаковать в направлении Гродно, Меркине с задачей к исходу дня овладеть Меркине.
6-й мехкорпус должен атаковать в направлении Гродно, Друскининкай, Меркине.
29-я мотодивизия с рубежа Кузьница, Сокулка.
4, 7-я танковые дивизии и 6-й кавкорпус - из района Шудзялово, Вежхлесе, Тросьцяно-Нове (10 км южнее Сокулка), а далее по восточному берегу р.Неман.
   Таким образом, задача группы увеличивалась: требовалось не только стабилизировать положение в районе Гродно, Липск, а продолжать наступление в полосу Северо-Западного фронта в район переправ через Неман у Друскининкая и Меркине. Удар группы Болдина планировался как составная часть попытки добиться перелома на северном фланге Западного фронта. Кроме нее планировалось привлечь к удару соединения 3-й и 13-й армий [ЦАМО, ф.208, оп.2454сс, д.27, лл.13-15]. Однако устойчивой связи с этими соединениями фронт не имел, не было связи и взаимодействия и между привлеченными к удару корпусами и дивизиями. 11-й механизированный корпус так и не вошел в состав группы Болдина и действовал в подчинении 3-й армии. 
   Для артиллерийского обеспечения наступления, в группу Болдина был включен 124-й гаубичный артиллерийский полк РГК (майор Дивизенко) в составе 48 орудий. 23 июня этот полк снялся с огневых позиций в районе Замбрува и перешел в район северо-восточнее Белостока. 
   Удар корпуса был обречен на неудачу. Помимо значительных трудностей в боевом снабжении войск, корпус совершенно не имел прикрытия с воздуха. Штатных средств противовоздушной обороны корпус как указывалось выше был лишен. 
   Действия КМГ должна была прикрывать авиация Западного фронта, по боевому распоряжению генерала Павлова не менее как 80 бомбардировщиками. [ЦАМО, ф.208, оп.2454сс, д.26, л.234]
   Однако армейская авиация понесла в первые же дни войны огромные потери.
   Так все аэродромы 11-й смешанной авиадивизии (полковник П. И. Ганичев) 3-й армии подверглись ударам люфтваффе. Дивизия потеряла на земле и в воздушных боях 127 самолетов из 199 имевшихся на 22.06.41.
Самая мощная в округе 9-я сад (генерал-майор авиации С. А. Черных) 10-й армии потеряла 347 самолетов из 440 имевшихся. [4]
   И это только за первый день войны. К 24 июня потери были еще больше.
   Таким образом, наступление конно-механизированной не поддерживалось нашей авиацией, зато налеты авиации противника происходили регулярно.
   Этих двух причин, и еще пожалуй крайне слабой разведки, было достаточно для провала.  К началу перехода корпуса в движение, не все войска успели сосредоточиться. 36-я кавалерийская дивизия утром 24 июня в районе Валилы снова подверглась атакам с воздуха, понесла потери и неуправляемая разбрелась по лесам. 
      Дальнейшие действия 6-го механизированного корпуса обросли легендами, в худшем понимании этого слова. Они присутствуют не только в работах конъюктурных историков вроде Анфилова, но и в воспоминаниях участников событий. Правда не исключено, что последние прошли известное "редактирование". 
   К этим легендам относятся упоминания о боях с немецкими танками, которых в этом районе просто не было. 
   Сюда можно отнести и описание Анфиловым боев корпуса во второй половине дня 23 июня. "При переходе в атаку части 6-го мк были встречены сильным противотанковым огнем и подверглись ударам авиации. В результате боя им удалось отбросить прорвавшиеся юго-восточнее Гродно части вермахта и к вечеру выйти в полосу обороны 27-й стрелковой дивизии 3-й армии". Как развивались события в действительности, было описано выше.
   "Во второй половине дня 24 июня танковые дивизии были перенацелены на юго-восток от Гродно, где вечером вступили в бой с соединениями 3-й танковой группы Гота, пытаясь остановить ее  продвижение на минском направлении". Такие описания можно встретить, например в [1,5]. Однако они не соответствуют действительности. Против КМГ действовала первоначально 256-я пехотная дивизия, а с 25-26 июня подошли еще части 162-й и 87-й пехотных дивизий. Эти соединения не входили в 3-ю ТГ. 
   И именно 256-я пд, организовав мощную противотанковую оборону, остановила продвижение 6-го механизированного корпуса. 
   На этом фоне совершенно безобидно смотряться рассказы о "давлении превосходящих сил противника", о значительном продвижении советских танкистов. 
   Анализ документов и общей обстановки на Западном фронте позволяет нам составить несколько иную картину происходившего. 
   Танковые дивизии 6-го механизированного корпуса, первоначально не имевшие соприкосновения с противником, выступили по указанным им маршрутам: 4-я дивизия на Индуру, 7-я дивизия двумя колоннами - 13-м танковым полком на Кузницу, а 14-м танковым полком на Старое Дубовое. Движение большой массы танков было немедленно обнаружено авиацией противника, которая начала наносить бомбовые удары по боевым порядкам частей.  Наземные силы немцев находились в 20-30 километрах от исходного рубежа атаки корпуса и конечно получили некоторое время для перехода к обороне и подтягивания на направления движения советских танков своей противотанковой артиллерии.  Населенные пункты по линии Кузница - Подлипки - Старое Дубовое были спешно превращены в опорные узлы обороны. 24 июня 1941 на пути лавины советских танков устремившихся на Гродно оказалась одна 256-я пехотная дивизия 20-го армейского корпуса 9-й немецкой армии. 
   Для торможения движения 6-го мехкорпуса противник привлек 8-й авиакорпус пикирующих бомбардировщиков. Немецкие самолеты ожесточенно атаковали советские танки, причем кроме бомб применялась специальная фосфорная (?) смесь. Командир корпуса генерал-майор Хацкилевич вынужден был выводить части из под ударов авиации. 4-я танковая дивизия в 18.00 24.6.41 г. сосредоточилась в районе Лебежаны, Новая Мышь, имея потери до 20-26%, главным образом за счет легких танков; как докладывал комдив в штаб фронта - танки КВ не всегда несли потери, даже от прямых попаданий бомб. 7-я танковая дивизия к исходу дня вышла в район Кузница - Старое Дубовое, где завязала бои с немецкой пехотой. 29-я моторизованная дивизия развернулась на фронте Кузница - Сокулка прикрывая левый фланг корпуса.  На этот же рубеж отходили части 27-й стрелковой дивизии 3-й армии под давлением 162-й и частей 87-й пехотных дивизий. 
   25 июня бои продолжились. Из-за отставания артиллерии, артиллерийская подготовка перед атакой и  сопровождение огнем наступающие танки не производились. Противотанковая оборона противника уничтожалась танками и, как следствие, при этом неслись большие потери. Практически не применялись обходные маневры немецких опорных пунктов, а атаки в лоб успеха не приносили. Небольшие тактические вклинения в оборону противника заканчивались налетом авиации противника и отводом танков из-под удара с воздуха. 29-я моторизованная дивизия своим правофланговым 128-м полком в районе Кузница вступила в бой с подошедшей 162-й пехотной дивизией противника. Не выдержав немецкой пехотной атаки с артиллерией полк попятился на линию Номики, Заспиче. В тыловой район этой дивизии отходили части 27-й стрелковой дивизии, которые спешно приводились в порядок. За левым флангом 29-й дивизии в лесу западнее Богуше сосредотачивалась 6-я кавалерийская дивизия 6-го кавалерийского корпуса. Дивизия с утра 25 июня в исходном районе для наступления (Маковляны, кол. Степановка) подверглась сильной бомбардировке с воздуха, продолжавшаяся до 12 часов дня. Кавалеристы были рассеяны и в беспорядке начали отходить в леса юго-западнее Нова Воля.  Правее моторизованной дивизии вел бой 13-й танковый полк 7-й тд. В районе Старое Дубовое пытался атаковать 14-й танковый полк этой же дивизии. Имея всего четверть заправки соединение к исходу дня перешло к обороне на линии Скоблянки, Быловины. Командир дивизии писал: "В частях дивизии ГСМ были на исходе, заправку производить не представлялось никакой возможности из-за отсутствия тары и головных складов, правда, удалось заполучить одну заправку из сгоревших складов Кузница и м.Кринки (вообще ГСМ добывали как кто сумел)". 
   В полосе 14-го полка в районе Зубрзуца, Горчаки-Гурне, Бабики действовали части 36-й кавалерийской дивизии, собранной после разгрома авиацией противника 24 июня. Оба соединения весь день подвергались воздействиям авиации противника. 4-я танковая дивизия вышла к населенному пункту Индура и в 13 часов, развернувшись на запад, нанесла удар в направлении Кузница, во фланг оборонявшемуся перед главными силами корпуса противнику. Дивизии удалось несколько потеснить немцев и выйти к Старому Дубовому, прежде несколько раз атакованному 14-м танковым полком. Однако, дальнейшее продвижение советских танкистов было остановлено. 
   Сам генерал-майор Хацкилевич в тот же день погиб в боевых порядках своих войск. После его гибели управление частями и соединениями корпуса нарушилось. С этого момента дивизии вели бои не связанные единым замыслом, без связи с вышестоящими штабами и соседями по фронту. Неудивительно, что в таких условиях корпус начал разваливаться. 
   Штаб КМГ, располагавшийся в лесу в 2 километрах северо-западнее Уснаж Гурна, не имея собственных средств связи не смог взять управление в свои руки. 
   Командующий Западным фронтом Д. Г. Павлов вечером 25 июня отдал командиру 6-го мехкорпуса распоряжение:

В 3-ю и 10-ю армии Командиру 6-го механизированного корпуса    Немедленно прервите бой и форсированным маршем, следуя ночью и днем, сосредоточьтесь Слоним.     Свяжитесь радио Голубевым и непосредственно мною. Начале движения, утром 26 и об окончании марша донесите. Радируйте состоянии горючего и боеприпасов.  Павлов       Климовских         Фоминых

Брошенные около мельницы на окраине Зельвы советские танки БТ и другая военная техника. Лето 1941 г.

 
   О боевом пути 6-го мехкорпуса после Зельвы дает представление материал руководителя поискового отряда "Батьковщина" из г.Минска Александра Дударенка: 

   Немецкий десант в Зельве не дал возможности отступающим частям пройти к Слониму по прямой по шоссе Зельва-Слоним. Поскольку у 6-го мехкорпуса к этому времени еще были на ходу танки, перед командованием стояла задача вывести их из окружения. Но так как на пути отступления с севера на юг протекает река Зельвянка, у которой берега на то время были сильно заболочены (да и сейчас не лучще), то надо было искать мосты, способные выдержать танки и не захвааченные немецким десантом. Такие переправы были южнее Зельвы в д. Ростевичи (примерно 6 км южнее Зельвы) и в д. Кошели (примерно 10 км южнее Зельвы). Полагаю, что основной была переправа в д. Кошели. Обе эти дороги через переправы сходились в одну примерно в 15 км юго- восточнее Зельвы на берегу Бездонного озера у д. Клепачи. Как говорят местные жители наши отступающие части появились здесь 27-29 июня. К этому времени в д.д.Клепачи и Озерница были высажены крупные немецкие десанты. Как говорят местные, самолеты садились прямо на поле и из них выгружались "танкетки", артиллерия, пехота. Когда наши попытались прорваться через Клепачи их встретили огнем пехота и противотанкове пушки, которые заняли господствующую высоту у церкви. В этом бою в 80-ти метрах от церкви был подбит броневик на котором офицеры вывозили тело Хацкилевича. Сопроваждающие его офицеры (5-6 человек) были тут же перестреляны немцами. Так их и похоронили местные жители после боев в одной могиле с Хацкилевичем в придорожной канаве на месте гибели. В эту же могилу было свалено много советских денег, которые тоже вывозили на этом броневике. В 1946 году останки Хацкилевича и офицеров, которые так и остались неизвестными, были захоронены в братскую могилу д. Клепачи. В этом же бою у д.Клепачи был тяжело ранен в бедро начальник артиллерии мехкорпуса генерал-майор Митрованов А.С. Ему удалось выйти из боя и он добрался до родника примерно в 100 метрах южнее Клепачи. Но видимо рана была серьезная и утром местные жители обнаружили у родника его труп. Там же у родника его и похоронили, но перед этим обмародерили. 
   Когда в 1951 году его останки переносили в братскую могилу, то на нем ничего не было кроме генеральской шинели. Как говорили местные приехал представитель военкомата, снял с шинели генеральские петлицы и уехал. И никто до 1993 года не знал имени этого генерала и на памятнике не было его фамилии. Только в 1996 году фамилию Митрофанова занесли на памятник братской могилы в д. Драпово, куда мы захоронили в 1994 году останки 32 наших солдат, найденных на краю д. Клепачи. Среди найденных останков было много танкистов. Вместе с останками мы нашли танковый пулемет Дегтярева и танковые часы. Но так как во время боя в Клепачах немцам удалось подбить 3-4 танка (так говорят местные) и погибших танкистов хоронили рядом с танками, а не сносили в найденную нами братскую могилу, то можно предположить, что танкисты оставшиеся без машин шли в атаку вместе с пехотой, предварительно сняв с разбитых танков пулеметы. 
   Сбив заслон немцев в Клепачах наши двинулись в направлении д. Озерница (3 км. восточнее Клепачи). Но в Озернице немцы к этому времени высадили очень большой десант. Десантники заняли все господствующие высоты по фронту с севера на юг до 2-х километров. Там уже были танки и артиллерия. Немцы дали нашим спустится в лощину перед деревней и подпустив на 300 метров, открыли огонь. Сразу же на дороге было подбито 5 наших танков. Дорога была закупорена. Попытки прорваться в лоб успеха не принесли. При этом видимо были подбиты все оставшиеся танки, так как опрос местных жителей западнее Озерницы показал, что у прорвавшихся ни танков ни машин уже не было. Последнее упоминание только об одном танке было у д. Плавские (8 км. северо-восточнее д. Озерница), да и тот был подбит и брошен. Не пробившись через Озерницу, часть наших войск прорвалась севернее д.Озерница в направлении жел. дор. станция Озерница и дальше на д.д. Плавские (17 км. западнее Слонима) и Костени (6 км. западнее Слонима), где они почти все и были уничтожены, так как Слоним еще 24 июня был занят Гудерианом. Оставшаяся часть отступила к д. Клепачи. К этому времени в Озерницу прибыла 29 механизированная дивизия немцев, которая к 30 июня завершила разгром наших войск в районе Клепачи и Оэерница. Очень много наших солдат было взято в плен. Колонны пленных достигали в длинну до 10 км. Очень много повесилось в лесу Козлинка (100 м южнее Клепачи). Очень много погибло пытаясь прорваться на юг в направлении Клепачи - Рудавка - Мижевичи. В этих местах с 1990 по 2000 год мы нашли и захоронили 244 наших солдата. А всего с 1946 года по 2000 было найдено и захоронено несколько тысяч воинов РККА. 

   Насколько я знаю Хацкилевич был убит где-то под Волковыском и его тело офицеры штаба вывозили на броневике. Местные говорят, что именно на броневике. Хотя про церковь все совпадает. А большинство из тех танков, которые были подбиты возле Клепачей были легкими и были подбиты не доходя до Клепачей метров за 150. Прямо на въезде в Клепачи есть большая гора и, когда наши танки на нее въезжали они были легко уязвимы. Поэтому наши танкисты попытались объехать эту горку справа и попали в засаду. Было подбито 2 танка. Экипажи погибли. Местные говорят, что с одного танка похоронили 4 танкиста, а с другого почему-то 7 танкистов. Их могилы мы сейчас ищем. 

КВ-1, в Щаре. Слоним, лето 1941 г. [www.slonim.org]